Пестов Н.Е.

Глава 7. ТОРЖЕСТВУЮЩАЯ ЦЕРКОВЬ.

"Да будут в Нас едино" (Ин.17:1)

    В Своей первосвященнической молитве на тайной вечери Господь говорит о Своих учениках: "Славу, которую Ты дал Мне, Я дал им" (Ин.17:22).

    Св. Иоанн Златоуст так разъясняет эти слова Господа:

    "Душа, очищенная Духом Божиим, в себя принимает луч от славы Божией и от себя отражает луч той же славы." Поэтому и апостол Павел говорит: "Мы же все открытым лицом, как в зеркале, взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа" (2Кор.3:18).

    Схиархимандрит Софроний пишет: "Бог по благодати Своей благоволит соединиться с человеком настолько тесно, что человек становится Богом, подобно Богу-Творцу по образу бытия Своего.

    Те, кто не верят этому и не молятся Святым, не познали, как много любит Господь человека и как возвеличил его".

    Вместе с тем степень славы у святых различна. Как пишет апостол Павел:

    "Иная слава солнца (Бога), иная слава Луны (Божией Матери), иная звезд (святых); и звезда от звезды разнится во славе" (1Кор.14:41).

    В притчах о минах Господин говорит верному рабу, приобретшему десять мин: "возьми в управление десять городов".

    Итак, избранники Господни получают от Господа и Его славу и принимают участие в устроении Им Своей Церкви. При этом это почетное служение Господу начинается для многих святых еще здесь на земле и продолжается по преставлении их.

    Для некоторых же из святых (например, многих мучеников), оно осуществляется лишь за гробом.

    В Откровении говорится про святых: "Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет; прочие же из умерших не ожили, доколе не окончится тысяча лет.

    Это - первое воскресенье. Блажен и свят имеющий участие в воскресении первом: над ними смерть вторая не имеет власти, но они будут священниками Бога и Христа и будут царствовать с Ним тысячу лет" (Откр.20:4-6).

    По указаниям толкователей "Откровения" - тысяча лет не есть точно ограниченный срок, но обозначает длительный период времени. Этот период заканчивается освобождением из темницы сатаны (Откр.20:7), "взятием от среды удерживающего" (2Фес.2:7), и затем вскоре кончиной века, всеобщим воскресением, страшным судом и явлением "нового неба и новой земли", "нового Иерусалима" (Откр.20:7-15; 21:1-2). В последний день святые ("цари земные", по терминологии апостолов - см. Петр. Гл.2:9) - "принесут славу и честь свою".

    История Новозаветной Церкви свидетельствует о непосредственном участии почивших в Бозе святых в царствование Христа. Самое ближайшее участие принимает в нем Царица Небесная - Матерь Божия - Приснодева Мария.

    Бесчисленны свидетельства и рассказы о Ее покровительстве, заступничестве и предстательстве за весь христианской род, Матерью которого Она стала через Своего Сына - Христа.

    Величественная и трогательная картина Ее служения на земле, которая отображается в празднике Покрова Божией Матери: "Долго молилась Она во Влахернском храме за константинопольских христиан, обливая лицо Свое слезами, и под конец сняла с Себя блиставшее как молния покрывало и распростерла его над всем стоящим народом".

    "Во успении мира не оставила еси" - поет про Нее Церковь, и хотя Она стала Царицей Неба, бедствующая земля была, есть и будет постоянным уделом Ее забот, покровительства и предстательством христиан.

    Когда св. Андрею юродивому (память 2 октября ст.ст.) был показан рай, он не нашел там Царицы Небесной. Удивленному этим св. Андрею ангел объяснил: "Ты хочешь увидеть Царицу сил Небесных? - но Ее здесь нет. Она ушла в многобедственный мир помогать людям и утешать скорбящих".

* * *

    Бесчисленны также свидетельства об участии в жизни земных христиан и святых из торжествующей Церкви. Для одних из них засвидетельствовано участие в делах христиан всего мира (например, апостолов, святителя Николая, великомученика Пантелеймона и т.д.), как принявших власть над "десятью городами".

    Других почитают, как своих заступников, отдельные страны (таковы, например, многие из наших русских святых), и они приняли участие в управлении "пяти городов".

    Третьи являются "местными святыми, покровительствующими местам упокоения их мощей".

    Велика сила молитв святых за их почитателей. Мученик Уар (память 19 октября ст.ст.) так говорил в сонном видении своей попечительнице Клеопатре, вынесшей его тело из скотских трупов и сберегшей его у себя среди гонений: "Я не только позаботился о твоем сыне, но умолил Бога и о сродниках твоих, с которыми ты положила меня в гробнице, чтобы им были отпущены грехи их".

    Святые принимают непосредственное участие в наших повседневных делах; они защищают и оберегают нас, помогают нам, учат и вразумляют нас.

    Об этом в житиях святых и у св. отцов имеются бесчисленные свидетельства.

    Как пишет прп. Антоний Великий: "Все святые, когда видят, что мы ленимся и нерадеем, - скорбят, плачут и сетуют; когда же видят, что мы становимся исправными и возрастаем в совершенстве, - радуются, и в радости и веселии непрестанно многие изливают о нас к Создателю молитвы. И Господь тогда утешается добрыми делами нашими, равно как свидетельствами и молитвами святых, - и ущедряет нас всякими дарами".

    Протестанты не понимают, как можно чтить святых и им молиться. Но православные постигают глубочайшее единение святых с Богом и, чествуя святых, они чтут одновременно и Пребывающего в них Бога.

    Старец Силуан со Старого Афона говорил, что "человек по сущности своей, хотя и остается тварью, но по благодати становится Богом, т.е. получает образ Божественного бытия".

    Святые - это райские цветы. У каждого из цветов есть особенности по виду, цвету и аромату, что придает каждому цветку только ему одному свойственную прелесть и красоту, заложенные в него Творцом Вселенной. Точно так же и у святых: у каждого из них была особая судьба, свой характер, свои склонности, свои пережитые трудности и борения, свой подвиг перед Богом.

    Свой индивидуальный характер и склонности святые переносят и к новой жизни в Царстве Небесном, когда им, согласно обетованию Господа, поручается "управление городами" (Лк.19:17-19). Притом характер служения Господу в том мире является как бы продолжением земного поприща святого.

    Так, врач-целитель, великомученик Пантелеймон продолжает оставаться целителем и после своей мученической кончины; то же можно сказать и про врачей бессребреников Косьму и Дамиана. Святитель Николай, будучи на земле, отличался необычайной отзывчивостью на нужды всех скорбящих, в бедах сущих, путешествующих и т.п. Таков же образ его остается и при служении в Царстве Небесном.

    Некоторые из святых, будучи на земле, претерпевали сильную борьбу с различными страстями или напастями. И они, очевидно, глубоко сочувствуют всем тем, кто претерпевает такую же борьбу, и с великой ревностью припадают в молитвах к Богу за тех, кто обращается к ним в таких же случаях за помощью.

    На таких соображениях и основывается молитвенная практика Церкви, указывающая нам - кому из святых следует предпочтительно молиться при различных обстоятельствах жизни.

    Исходя из указанного выше, нам надо хорошо знать жизнь святых. И как опытный врач знает, какое надо принимать средство при той или иной болезни, так и нам надо быть хорошо осведомленным - какой из святых был наиболее близок к тому положению и затруднению, в котором мы оказались.

    Очевидно, этот святой особенно горячо отзовется на нашу просьбу помочь в той беде, которая была близка ему самому при жизни на земле и горечь от которой он сам испытал в полной мере.

    Это, впрочем, не изменяет общего положения, что каждый из святых может нам помочь в любой нужде и беде, если только мы будем иметь веру и будем в какой-то мере заслуживать милости Божией за наше покаяние в грехах и смирение.

* * *

    Но не только к прославленным святым можно обращаться с просьбой о молитве за нас, за заступничеством и покровительством: то же можно делать и по отношению к тем из почивших христиан, в отношении которых мы верим, что они за гробом обрели милость и дерзновение у Господа. Прп. Серафим при жизни своей давал такое указание близким к нему:

    "Когда меня не станет, вы ко мне на гробик ходите. Все, что есть у вас на душе, все, что бы ни случилось с вами, и чем бы ни скорбели, все горе то с собой принесите на мой гробик. Припав к земле, как живому все и расскажите и услышу я вас, вся скорбь ваша отлетит и пройдет. Как вы с живым всегда говорили, так и тут. Для вас я живой есть и буду во веки".

    Прп. Серафим велел близким к нему инокиням заходить на могилки Саровских старцев Исайи и Пахомия и после молитвы об упокоении их душ говорить также: "Простите, отцы святые, и помолитесь обо мне".

    Так учил прп. Серафим общаться с почившими, как с живыми, и как у живых просить и их молитвенной помощи себе.

    От последнего из обитателей дальней Саровской пустыньки прп. Серафима - о. Афанасия, глубокого и смиренного старца, мы слышали такой рассказ:

    "Однажды поздней осенью я пошел в лес собирать смолу для ладана. Когда стали надвигаться сумерки, заметил я, что зашел в незнакомое место. День был пасмурный, и я не мог найти направление пути по солнцу.

    Запутался я и стал кружить: пойду, пойду и опять к тому же месту выйду. Иду и молюсь разным угодникам Божиим и все не могу на дорогу выйти. Вижу, плохо дело, так можно и помереть здесь в лесу, как некоторые монахи умирали.

    От изнеможения упал я на землю и вспомнил про одного монаха, праведной жизни и пустынника, заблудившегося и почившего в лесу. И начал я ему молиться: "Если имеешь ты дерзновение перед Господом, помоги мне, выведи на дорогу, не допусти погибнуть так, как это с тобой случилось".

    Встал я после этого и вижу, что стою уже на дорожке подле самой своей пустыньки".

    Прп. Симеон Новый Богослов так почитал своего старца Симеона Благоговейного, что немедленно после его кончины установил в честь его службу, как к святому.

    Следует, однако, заметить, что в практике Церкви обращение к праведникам и подвижникам благочестия, еще не канонизированным Церковью, совершается в таком порядке: христианин служит за них панихиду или читает обычные молитвы за почивших и затем внутренне обращается к ним с просьбой помолиться за него или о его деле перед Господом.

    То же советовал и старец Варсонофий из Оптиной пустыни. Он рекомендовал в помянник записывать известных христианину почивших подвижников благочестия.

    Он говорил: "Это - великое дело. Не столько они нуждаются в наших молитвах, сколько мы в их молитвах. Но если мы за них молимся, то они сейчас же отплачивают нам тем же".

* * *

    Прп. Симеон Новый Богослов учит, что святые взаимно связаны один с другим в неразрывное целое и что нам важно быть в связи с последним из святых. Так соединяемся мы через этих святых со всею Торжествующей Церковью. Он пишет:

    "Божественное излияние света проникает по определенному Богом порядку из первого чиноначалия ангелов во второе, из этого в третье и так во все...

    Также и святые, будучи соединяемы союзом Святого Духа, подобно ангелам, образуют златую цепь, в которой каждый, как звено, соединяется с предыдущим святым посредством веры, добрых дел и любви. Эта цепь, утверждаясь в Боге, не может быть разорвана.

    И кто не хочет со всей любовью и смирением соединиться с самым последним (по времени) из святых, имея к нему некое неверие, тот никогда не соединится и с прежними, и не будет включен в ряд предшествовавших святых, хотя бы ему казалось, что он имеет всю веру и всю любовь к Богу и ко всем святым.

    Он будет извержен из среды их, как не изволивший в смирении стать на место, прежде век определенное ему Богом, и соединиться с тем последним (по времени) святым".

    Надо вспомнить из "Творений мужей апостольских" видение Ерма - построение башни - Церкви Христовой из отдельных камней - членов Церкви. Как пишет Ерм: "Камни были гладки и спайками так хорошо прикладывались один к другому, что соединения их нельзя было заметить.

    Таким образом, здание башни казалось построенным как будто из одного камня".

    Чем глаже и ровнее были отшлифованы края камней, из которых строилась Церковь в видении Ерма, тем плотнее они соединялись и лучше годились для стройки. Так тесно соединяет друг с другом святых их любовь и взаимное послушание.

    Прп. Иоанн Затворник так говорил про свои взаимоотношения с жившим в соседней келье (и также в затворе) прп. Варсонуфием Великим:

    "Знаю, что я немощен и самый последний, но удалиться от старца (Варсонофия) не могу, ибо по милости его, мы двое составляем единое".

    Следует упомянуть, что в оставшихся в церкви ценнейших духовных поучениях прпп. Варсонуфия Великого и Иоанна часто не делается различия в их авторстве, и они приписываются им обоим (см. 2-й том "Добротолюбия").

    Про взаимную же связь членов Церкви Торжествующей и воинствующей пастырь о. Иоанн С. говорит так:

    "При молитвенном обращении к Владычице помни твердо, что ты член Церкви, в которой Владычица главный камень здания, и знай, что ты тесно связан внутренне со всеми небожителями, как камень.

    Так понимая себя, поймешь - почему молитвы столь легко доходят к святым: ибо все одушевлены одним Духом Божиим. Бог во Святых почивает".

    Итак, у каждого из христиан - избранников Божиих есть свое предопределенное место в Церкви Христовой. В этом месте мы являемся связанными с другими членами Церкви посредством любви. Эта связь нисколько не ослабляется смертью тела, так как она устанавливается для вечности.

    Поэтому особенно надо молиться тому святому, имя которого носит христианин, и кроме того и тем святым, с которыми чем-либо связаны особо памятные и знаменательные дни в жизни христианина.

    Прп. Антоний Великий так говорил своим ученикам: "Знай же, что и в будущем веке будешь ты разделять участь с теми, с кем в сей жизни делишь ты и радость и горе".

    А поэтому окружающие нас верные рабы Господа - это те камни, которые будут в вечности соединены с нами, если мы только сами будем удостоены включения в это здание Христовой Церкви.

    Чем крепче мы прилепимся через любовь к окружающим нас святым рабам Господним, и чем теснее станем в молитвенном бдении к тем из них, которые ушли в наше время из мира, тем вернее будем сами включены в святое здание.

    Вот чем объясняется дерзновение прп. Симеона Нового Богослова, установившего тотчас же после кончины Симеона Благоговейного торжественное празднование памяти своего старца. Этим же объясняется и теснейшая связь духовных детей с их духовными отцами, хотя бы те и почили в Господе.

    Например, в "Откровенных рассказах странника" (ч.1) говорится о руководстве странника его старцем, после того как старец почил. Поэтому с почившими духовными отцами можно через молитву общаться так же, как при жизни их на земле.

    Ап. Павел пишет ефесянам: "Итак, вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу, бывши утверждены на основании апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем, на котором все здание, слагаясь стройно, возрастает в святой храм в Господе, на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом" (Ефес.2:19-22).

* * *

    Христианам надо помнить, что помимо святых и праведников, в Торжествующей Церкви имеются и еще покровители и молитвенники за членов земной Воинствующей Церкви. Это ангельские силы, из которых всего ближе к нам наши Ангелы-хранители.

    Господь говорит: "Не презирайте ни одного из малых сих, ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лицо Отца Моего Небесного" (Мф.18:10).

    Как пишет прп. Антоний Великий: "Когда затворишь дверь жилища твоего и останешься один, ведай, что тебе соприсущ определенный Богом каждому человеку Ангел. Он не дремлющ и, всегда будучи при тебе, все видит. Его обмануть нельзя, и тьма не скрывает от него. Вместе с ним сознавай и Бога во всяком месте присущим".

    Как говорят святые отцы - наши ангелы-хранители, исполненные к нам любви и желания нам служить, в этом служении сами принимают на себя наши скорби.

    О значении для христианина ангела-хранителя так пишет о. Иоанн С.: "В деле промышления Божия о людях и по требованию разума должны быть посредники между людьми и Богом из мира духовного (так как люди занимают середину между миром духовным и материальным), которые и руководят нас к горнему Царству, именно: Ангелы.

    У Господа во всех делах изумительная постепенность и порядок, везде у Него низшие руководствуются высшими: вот необходимость Ангелов-хранителей для христиан, искупленных кровию Господа.

    Кроме того, Ангелы сами исполнены любви к нам и радуются об обращении одного грешника; а любовь деятельна, и этой их благородной и полезной деятельности Господь и дал всю свободу, как мы видим из слова Божия.

    Ангелы-хранители необходимы для людей по причине коварства злых духов над людьми: люди их не видят сами. Люди очень немощны для духовной жизни. Кроме благодати Божией, нужно еще лицо, исполненное этой благодати, мудрое, крепкое по своей природе: а таковы Ангелы. Кроме того, по исходе из жизни должны быть свидетели о делах человеческих против бесов".

1-е Приложение к главе 7-й.

АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ (Из книги прот. С. Булгакова "Лествица Иакова".)

    "При самом сотворении своем получает человек не только Божественный дар любви, но и возможность любви; не только себя самого и не только человеческих друзей, но и духовного друга.

    Этот другой всякого человека, этот Друг, единственный и личный, свойственный каждому человека, есть Ангел-хранитель, существо не здешнего, не человеческого мира.

    Когда стихает шум жизни и умолкают нестройные его голоса, когда душа омывается тишиной и исполняется молчанием, когда обнажается детская ее стихия и отнимаются давящие ее покровы;

    когда освобождается душа от плена этот мира и остается наедине с Богом;

    когда разрешаются узы земного естества и душа сама самое обретает;

    когда отделяется она от земной оболочки и находит себя в новом мире;

    когда она исполняется светом и омывается лучами бессмертия; -

    тогда чувствует она над собой склонившееся с невыразимой любовью существо, такое близкое, такое родное, такое тихое, такое любящее, такое верное, такое кроткое, такое ласковое, такое светлое, - что радость, мир, блаженство, неведомые на земле, закипают в душе.

    Она чувствует тогда свое He-одиночество и вся устремляется навстречу к неведомому и близкому другу. Ибо узнает душа того Друга, о котором всю жизнь грезила и томилась, ища слиться с другим до конца, отдаться ему безраздельно, в нем обрести свое другое я.

    Этот другой для каждого человека, этот друг, данный Богом и созданный для него, есть его Ангел-хранитель, всегда бдящий над ним, живущий с ним одной жизнью.

    Он - самый близкий, хотя и далекий, ибо невидимый, неслышный, недоступный никакому телесному или даже душевному восприятию. Столь тихо и кротко его духовное прикосновение, что незаметно и самое его присутствие для человека.

    Но язык нам свидетельствует, что бессознательно его замечаем. Ибо полных любви, ласки, кротости и заботы близких наших мы невольно, сами не разумея смысла своих слов, называем "Ангелами-хранителями" своими. Они составляют для нас свет и воздух, но как те, неприметные, они познаются нами во всем значении своем, лишь когда мы их теряем.

    Подобно и мы, всегда осеняемые крылом Ангела-хранителя своего, не выделяем в своем сознании этого осенения, как будто его не замечаем, хотя всегда оно с нами.

    Ангел-хранитель, житель горнего бесплотного мира, не имеет прямого доступа к нашему вещественному миру, к нашему плотскому естеству.

    Конечно, он мог бы потрясти его или даже разрушить это наше бренное естество страшным явлением своим (откуда и проистекает еще ветхозаветный ужас перед явлением ангела: нельзя увидеть его лицом к лицу и не умереть).

    Но на это явление нужна прямая воля Божия, без нее нет для этого основания в тихой кротости ангела. Он грозен и непреоборим в заступлении нас от нечистых и лукавых духов, нас обуревающих, "как хранитель душ и телес наших".

    В брани духовной без этого заступника разрушено и отравлено, растлено и уничтожено было бы наше естество. В этом он активно деятелен, непрестанно напряжен, он действует всей своей силой.

    Но земного друга, хранимого им человека, он не насилует и не хочет, и не может насиловать. Он пестует и лелеет его душу, его шепот в слышном молчании навевает ей благие мысли, в ней самой родящиеся, однако в такой тишине и кротости, что душа не примечает внушения.

    Ему заповедано молчание, ибо "молчание есть тайна будущего века", по слову св. Исаака Сирина, и Ангел-хранитель говорит только молчанием. Он смотрит в нашу душу и видит нас, и этого довольно для этого таинственного немого разговора души с высшим своим "Я".

    Эта небесная педагогика многочастна, и многообразна, и неистощима. Как нежнейшая мать следит за пробуждением темных и светлых движений в душе ребенка в его обуреваемой вражескими стихиями жизни, так Ангел-хранитель бдит всегда над нами - однако, ничего не делает без нас: "ожидающа самовольного исправления и не понуждающа" (канон молебный к Ангелу-хранителю).

    "Тя хранителя стяжав спребывателя, собеседника, соблюдающа, спребывающа и спасительная предлагая присно мне" (там же).

    Это есть непрестанное творчество, непрестанный труд Ангела-хранителя над неблагодарным и непослушным материалом посреди грехом зараженного мира. Но этот труд непрестанно совершается.

    Каждый из нас живет не один, но вдвоем, вместе, неразлучно. С нами всегда дружеская помощь, над нами всегда распростерты дружеские крылья."

2-е Приложение к главе 7-й.

ПАМЯТИ ПРЕПОДОБНОГО СЕРАФИМА САРОВСКОГО.

Вот он, блаженный пустынник, взыскующий

Века грядущего благ неземных,

Вот он в скорбях, как мы в счастье, ликующий,

Душу готовый отдать за других.

Тихо тропинкой лесной пробирается

В кожаной мантии, в лычных лаптях;

Крест на груди его медный качается,

Сумка с песком у него на плечах.

Вьется Справка излучистой впадиной.

Сосен столетних красуется строй;

И, на ходу подпираясь рогатиной,

Движется старец неспешной тропой.

Телом согбенный, с душою смиренною,

В "пустыньку" он помолиться бредет:

Но и молитву творя сокровенную,

Он для трудов свой топорик несет.

Белый на нем балахон; серебристые

Шапочкой ветхой прикрыв волоса.

Вглубь себя устремляет лучистые,

Полные ласки душевной, глаза.

Силою он одарен благодатною;

Чуткой душой прозревает он вдаль,

Видит он язвы людские, невнятные,

Слышит он вопли, - и всех ему жаль...

Он и утешить готов безутешного.

Слабое детство от смерти спасти,

Или к сиянию света нездешнего

Грешную душу мольбой привести.

Всем, изнемогшим в огне испытания,

"Радость моя, - он твердит, - не скорби,

Бури душевные, грозы страдания,

Господа ради, с улыбкой терпи..."

С плачущим плакать он рад; унывающих

Нежно ободрить, их дух подкрепить;

Всех же. Господень завет забывающих,

Учит он - ближних, как братьев любить.

Учит искать он богатство нетленное,

Чтоб не владела душой суета, -

Ибо все мира сокровища бренные

Нашей душе не заменят Христа.

Леонид Денисов.